October 5th, 2010

ПОБЕДА

Что вы на это скажете, господин Медведев? Нельзя даже представить, что такое возможно у Лукашенко!


Дагестанцы-нелегалы выживают из московской квартиры
офицера с беременной женой

Единственным жильем полковника Александра Курапова завладели кавказцы. Теперь его трешка в Южном Бутове превратилась в круглосуточную гостиницу [видео + аудио]

Ринат НИЗАМОВ — 04.10.2010
Александр показывает ролик, снятый на днях на мобильный телефон. В дрожащем кадре двое - он и высокий жилистый парень в майке-алкоголичке.

- Открывай зал, я тэбэ гаварю! - с ярким кавказским акцентом, оскалившись, требует молодчик. - Завтра пацаны приедут.

- Не пущу! - Хозяин
квартиры дрожит, прижимается к двери, но не сдается. - Это мой дом!

Горец крепче сжимает кулаки.

- Давно уже не твой! - сплевывает он сквозь зубы. - Братья с тобой разговаривать не будут - выкинут просто.

Это одна из последних угроз кавказцев, с которыми семья полковника Александра Курапова вынуждена делить собственное жилье. Частично свое обещание этот суровый парень по имени Магомед сдержал: в минувший понедельник на тонированной «девятке» с дагестанскими номерами прибыла новая партия «пацанов». В квартире Кураповых их было уже восемь. Чтобы не оказаться на улице, хозяева вынуждены были поставить замок в дверь своей комнаты и посменно дежурить в ней...

«МЫ БУДЕМ ЗДЕСЬ ЖИТЬ!» В ваших квартирах.Пользоваться вашими вещами, спать на

ваших постелях и приводить для секса ваших молоденьких девочек и даже школьниц.



Комсомольская Правда

Дагестанцы-нелегалы выживают из московской квартиры офицера с беременной женой

04.10.2010

Александр показывает ролик, снятый на днях на мобильный телефон. В дрожащем кадре двое - он и высокий жилистый парень в майке-алкоголичке. - Открывай зал, я тэбэ гаварю! - с ярким кавказским акцентом, оскалившись, требует молодчик. - Завтра пацаны приедут. - Не пущу! - Хозяин квартиры дрожит, прижимается к двери, но не сдается. - Это мой дом! Горец крепче сжимает кулаки.

 
ПОБЕДА

Сколько можно терпеть "деятельность" приезжих чиновников в нашем городе?

                                                              
  
                                                                                  Высотное здание на Котельнической наб.                   Дом-музей А.Н. Островского      


ГЛУХИЕ ВРЕМЕНЩИКИ
      О новой волне московских переименований

В мэрии Москвы – разброд и паника в связи с увольнением и сменой мэра. Над Юрием Лужковым еще только сгущались тучи, а уже все чинуши засуетились, стали придумывать, на каком поприще засветиться, какую показательную деятельность развить? Путь созидания – долог, труден, требует усилий и профессионализма, а метод разрушения – легок и скор. Разрушать и разбазаривать можно не только здания или статьи бюджета, но и духовную сферу, память, запечатленную в ауре столицы. Например, в топонимике, в названиях улиц.

Вдруг ни с того ни с сего стал обсуждаться вопрос о продолжении переименований московских улиц, которое началось в начале «лихих 90-х». Мы что, возвратились в них на волне новой борьбы между неугодными Кремлю и сверхлояльными к нему, а то и – страшно произнести! – окружений двух правителей? Все эти группы прислужников правящей верхушки сходятся в одном – в ненависти к советскому прошлому. И раньше депутаты Мосгордумы предлагали переименовать некоторые московские улицы. Прежде всего «с неблагозвучными названиями». Вот какие эстеты! Снятый мэр Москвы Юрий Лужков поддерживал это предложение. Члены общественного проекта «Возвращение» (лучше бы подумали о возврате снесенных старых кварталов!) сразу захотели переименовать станцию метро «Библиотека имени Ленина». Напомним, что переименование одной станции обходится метрополитену в 1,5 миллиона рублей. С 1990 года 12 станций московского метро сменили названия. В мае 2005 года станция «Измайловский парк» была переименована в «Партизанскую» (в Измайловском парке есть наркоманы, но чтобы – партизаны…), а «Битцевская» (ясно – Битцевский лесопарк) в «Новоясеневскую», хотя перед ней есть просто «Ясеневская». Это издевательство или сознательная путаница? Деньги огромные вылетели впустую, в тоннель. Лучше бы в вентиляционную систему вложили – жара летом в метро достигала 50–55 градусов!
На заседании Общественного градостроительного совета депутат Мосгордумы Михаил Москвин-Тарханов рассуждал: «Многочисленные Магистральные, Силикатные и тому подобные улицы было бы целесообразно переименовать. Они могли бы получить бывшие названия исторических улиц центра Москвы, которые они носили в советское время, например улица Чехова или Кропоткинская», – ляпнул депутат. Ну да, ни силикатных заводов, ни магистралей сегодня не строят – так чего ж напоминать об эпохе созидания? А за то, что старую Москву лишили имен великих писателей, сердце не болит.
Эту идею поддержал и главный архитектор столицы Александр Кузьмин: «После волны переименований 80–90-х годов прошлого века с карты Москвы исчезли, например, многие имена великих русских литераторов, в частности Лермонтова. А вместе с тем, например, улица Демьяна Бедного существует и поныне», – отметил он. Так не надо было трогать названия улиц Пушкина и Чехова, станцию метро «Лермонтовская». Что вам дают две Дмитровки – Большая и Малая, которые я, коренной москвич, до сих пор путаю?
Наибольшее количество переименований произошло в Москве в период контрреволюции – с 1990 по 1993 год, когда более 150 улиц и площадей решительно сменили свое название. Торжествующие разрушители державы именно тогда начали активно избавляться от названий времен Советского Союза. Улица 50-летия Октября стала Манежной площадью, Безбожный переулок стал Протопоповским, улица Богдана Хмельницкого – Маросейкой, Герцена – Никитской, площадь Маяковского – Триумфальной (на ней с триумфом собираются любители конопли и вечно несогласные), площадь Ильича – площадью Рогожской Заставы. Полная глупость – «площадь… заставы». Ну, и оставьте просто заставу, которой, правда, и в помине уже нет: сегодня людям надо объяснять, что такое заставы, для чего они окружали Москву. А вот поэт Яков Шведов, автор песен «Смуглянка» и «Орлёнок», родившийся в Рогожской слободе, внятно писал:
Всегда ты величава,
Всегда ты горяча,
Рабочая застава,
Застава Ильича!

Он гордился, что работал на заводе Гужона, а потом – «Серп и молот». Серп не гуляет по проданным подмосковным полям, а рабочий молот не стучит на приватизированных предприятиях. Дьявол с ними, главное – выжать деньги. «Этот вопрос имеет и финансовую подоплеку. Недвижимость на улице Чехова, к примеру, будет цениться выше, чем на Силикатной улице», – заявил Михаил Москвин-Тарханов. Ну конечно, а на ул. Медведева (прикинемся, что это в честь разведчика) будет цениться еще выше. Но очень недолго.
Особо горько мне, что в родном Замоскворечье, воспетом великим драматургом Александром Островским, в 1992 году исчезла улица Островского, которая была так названа в 1948 году – вот они, последствия знаменитого сталинского тоста за русский народ и послевоенного возврата к русской культуре! Здесь расположен Дом-музей Островского, установлен бюст певца Замоскворечья, а улицы – нет. Ныне это Малая Ордынка. Вам мало Большой Ордынки, которая уже ни в какую Орду не ведет?
Теперь толпа чиновников и заполнивших столицу карьеристов готовит вторую волну переименований. В частности, переименованы могут быть Улица 1905 года (до 1931 года – Воскресенская), Красная Пресня (до 1918 года – Большая Пресненская).
Новым, жадным и бескрылым, хозяевам Москвы этот многозначный эпитет – как красная тряпка для упертого быка. Под его копыта могут попасть Краснопролетарская (до 1929 года – Пименовская, до XVIII века – Воротническая – какое название вернем назло уничтоженному пролетариату?), улица Правды (до 1934 года – 2-я улица Ямского Поля) и Делегатская (до 1940 года – Божедомский переулок, изначально – Мешеховцев переулок). Возможно, переименуют даже проспект Мира, который назывался так с момента создания в 1957 году. Какое название ему присвоят, не уточняется. Ну, давайте: проспект Путина, как в Грозном.
Старое название может быть возвращено Люсиновской улице, которая до 1922 года называлась Малой Серпуховской и была переименована в честь организатора Союза рабочей молодежи в Замоскворечье. Ну да, Большой Серпуховской нам мало! Улице Шухова, в 1963 году переименованной в честь инженера-конструктора Владимира Шухова, могут вернуть название Сиротского или Варваринского переулка. Улица Гиляровского, которая только в 1965 году получила имя известного журналиста, бытописателя Москвы, может быть переименована обратно во 2-ю Мещанскую. То против 2 и 4 дубляжей названия выступают, то бестолково навязывают их чиновники-немосквичи, чтобы убрать автора книги «Москва и москвичи», а особенно хотят «оцифровать» ненавистную им улицу Правды, где находится наша редакция. Даже улице, которая в 1927 году была названа в честь дрессировщика Дурова, где находится Театр зверей, могут вернуть название Старой Божедомки, чтобы детишки с родителями не радовались простоте и уместности названия. Да вы лучше сам Божий дом – приют, при котором вырастал Достоевский, возродите – столько сирых и убогих! Нет, выгоднее затеять переименования со сменой табличек, карт, изданий, бланков, печатей.
Замах импотентов по части разрушения – могучий: старые названия, возможно, будут возвращены улицам Фучика, Гашека, Образцова, Достоевского, Щепкина, Суворовскому и Гоголевскому бульварам, частям Ленинградского, Кутузовского и Ленинского проспектов. Шоссе Энтузиастов (какое энергичное название!) хотят превратить во Владимирку. На это я замечу одно: если по ней в кандалах снова пойдут казнокрады, убийцы и педофилы – я целиком «за», но возвращать название каторжного тракта современной трассе, забитой иномарками… Эх, руби под корень память минувших и славных времен, племя глухих временщиков! Им, понаехавшим и понахапавшим тут все, что можно, наплевать на звучание святых для нации имен, запечатленных событий недавнего былого. Они глухи к отзвукам прошлого – хоть древнерусского, хоть имперского, хоть советского. Страшная и всемогущая публика. До каких же пор, граждане москвичи, эти временщики будут издеваться над нами?
Александр БОБРОВ.

Источник